В Гусь-Хрустальном стена квартиры стала причиной раздора между соседями
Эта тихая окраина Гусь-Хрустального просыпается под привычный грохот проезжающих мимо железнодорожных составов. От этого дома до «железки» метров тридцать. Хозяйка одной из квартир показывает нам свой двор, охраняемый Мартой — большой кавказской овчаркой. Квартиру № 3 в этом доме Татьяна получила как временное жилье еще в 1984 году. Общая жилплощадь — 40 квадратов. «Времянка» как-то незаметно стала постоянным жильем. По словам Татьяны, все было хорошо до поры до времени. А потом появились проблемы с соседями. Дело касается общей стены в одной из комнат. Именно она стала причиной раздора и выяснения отношений.
— Все с ней не так, с этой стеной. Все здесь уже обвалилось. Здесь раньше была штукатурка. Досочки и штукатурка. Давно уже это было. И вот она вся отвалилась. Даже плинтусы. Мы их оторвали, потому что вываливалось все. Доска там пятидесятка. Больше там ничего нет. А потом уже на клей-момент сажала обои и на гвоздики. Потому что все отваливается. Заплесневело все. Ящики если открывать, там пахнет плесенью, — говорит Татьяна Трифонова, жительница квартиры № 3.
В злополучной соседней квартире, по словам Татьяны, несколько лет никто не живет. Несмотря на то, что она муниципальная, у нее есть хозяин. И тем не менее она заброшена. Окно в комнате открыто. И это в середине ноября. Татьяна утверждает, чтобы было тепло в ее квартире, отапливать поневоле приходится и соседнюю. Котел работает на максимальную мощность. А температура в доме всего 8-10 градусов. Что же будет, когда придут настоящие зимние холода?
— До 8 марта 2013 года они топили печку. А 8 марта у нас дым пошел сюда. Соседи ничего не делают. В общем, дым пошел сюда, они раскурочили печку, сломали ее. И больше эту печку не топили. В 2014 году они, видимо, отапливались электричеством. Потому что у нас на чердаке загоралось... Там на чердаке доски все обгоревшие. Мы сделали фотографии этого всего, — признается Татьяна Трифонова.
С 2010-го Татьяна ведет активную переписку с горадминистрацией Гусь-Хрустального. Десяток обращений с единственной просьбой — утеплить злополучную стену. Ответы приходили, в том числе и такие:
«Сотрудниками отдела муниципального контроля был осуществлен выход на место. Сотрудникам был обеспечен доступ к жилому помещению № 3 по вышеуказанному адресу. Нанимателя жилого помещения № 4 по вышеуказанному адресу опросить по вопросу доступа к жилому помещению не представилось возможным ввиду его отсутствия. Жилое помещение № 4 является объектом муниципальной собственности, необходимо обеспечить доступ нанимателю для проживания в квартире № 4».
К слову, в 2018-м Татьяна подала в суд на нерадивых соседей. Те заявили ответный иск и выиграли, доказав в суде, что Татьяна препятствует попаданию в квартиру № 4. А ведь запасной вход во двор дома № 32 имеется, в чем мы убедились лично. Из других подробностей — сосед Трифоновой не проживал в квартире до 15 ноября 2016 года по уважительной причине. Потому что отбывал наказание в спецучреждении. И еще одна интересная деталь — в администрации Гусь-Хрустального уверяют, что Трифоновой предлагали отремонтировать и утеплить стену. Но она якобы отказалась.
— Было предложено утеплить стену, которая промерзает якобы со стороны Бондакова. Дальше, что я вам могу сказать? Было принято решение о выселении Бондакова. Но нам было отказано в удовлетворении исковых заявлений. На приеме у заместителя было предложено Трифоновой утеплить стену со стороны Бондакова. То есть на тот момент она являлась муниципальной квартирой. В процессе переговоров она ни «да» ни «нет» не сказала. С ее стороны не было однозначного решения. В дальнейшем она обращалась о выселении Бондакова, — говорит Елена Доронина, заведующая жилым отделом администрации г. Гусь-Хрустального.
Нам не удалось пообщаться с самим Бондаковым, который по бумагам проживает в квартире № 4. Но в администрации выяснилось, что он занялся приватизацией жилья. И еще один нюанс этой простой, но такой запутанной истории: в 2017 году была составлена смета на утепление стены со стороны 4-й квартиры. Стоимость работ — 27 тысяч рублей. Но проведены они так и не были. Сегодня Татьяна Трифонова, потеряв веру в муниципальные власти, хочет попасть на прием к губернатору, чтобы рассказать ему о своей проблеме.
