Открытие памятника дипломату Виталию Чуркину. Вспоминаем наше интервью с автором монумента
Сегодня, 21 февраля, в деревне Маринкино Киржачского района проходит торжественная церемония открытия памятника российскому дипломату Виталию Чуркину, уроженцу этой местности. Корреспондент «Губернии 33» работает на месте, а пока вспоминаем наше эксклюзивное интервью с автором памятника — сербским скульптором Драганом Раденовичем.
— Мистер Раденович, что вас связывает с Виталием Чуркиным?
— Мы были хорошими друзьями, познакомились давно. Я в Москве был в 1981 году по некотором задачам служебным. В 81-м году он защищал свою докторскую диссертацию в МГИМО МИД СССР. На этой защите мы встретились. Так и начали хорошо общаться.
— Каким вы запомнили Виталия Ивановича?
— Больше всего я запомнил его как выдающегося дипломата, когда он представлял РФ в ООН. Потому что он был открытым на стороне сербов. И он знал, что это двойные стандарты со стороны Запада. Мы много встречались и говорили о событиях в Сребренице. Когда он был посолом при НАТО, мы тоже часто встречались. Самое важное, что я могу вам сказать, это история с выставкой. В музее Нью-Йорка при ООН была масштабная выставка художников со всего мира, я, в том числе, показал там несколько своих скульптур. Так он мне помог стать участником выставки.
Кто он для меня как человек? Я не знаю, есть ли такое слово в русском языке... Он был храбрым человеком, героическим, искренним. Не боялся ничего. Как молодой человек, если говорить о 80-х годах прошлого века, то я мог бы назвать его прямолинейным. Когда Андрей Козырев был министром иностранных дел (с 11 октября 1990 года по 5 января 1996 года, — прим. ред.), Чуркин уже тогда показывал характер. В хорошем смысле, конечно же. Уже тогда вставал на защиту интересов страны.
— Что вы думаете о монументе Виталию Чуркину в Восточном Сараево, который появился в ноябре 2017-го года?
— Памятник в Восточном Сараево — это хорошо. Но с точки зрения художественной, это же просто монолитная плита с портретом и надписью. А памятник, которой я буду делать, это будет фигура Виталия Чуркина.
— Как появилась идея создать российскую версию памятника вашему другу?
— Когда я узнал, что его не стало, первое, что я сделал, написал соболезнования его семье. Я тогда сказал, что готов сделать памятник Вите, моему другу и выдающемуся дипломату. Он ведь многое сделал для моей страны.
— С кем вы связались в первую очередь, чтобы рассказать о вашей задумке?
— У меня много друзей в Министерстве иностранных дел, общался я и с представителями Международной ассоциации фондов мира. Я рассказал им о своей задумке, меня поддержали, чему я очень рад.
Виталий Чуркин
— Мистер Раденович, как будет выглядеть памятник?
— Это фигура Виталия Чуркина в полный рост из бронзы. Я так думаю, что она будет размером примерно два метра, два с половиной. Вы знаете, это не просто изображение человека, у меня есть особый замысел. По эскизу, Чуркин стоит и в руке держит плащ. Идея обоснована античным временем. Знаете, ораторы носили тогу (верхняя одежда мужчин в Древнем Риме, — прим. ред.). Они, когда вступали в полемику, край тоги брали в руку. И я Чуркина этим ораторам и сопоставляю, потому что он всегда отстаивал свои идеи. Это основная идея, что он всегда был готов аргументировать свою позицию перед всеми.
— Многие знают вас как создателя памятника Стиву Джобсу, который в мире восприняли неоднозначно. В какой технике будет выполнен монумент Чуркину?
— Нет-нет, похоже на Стива Джобса в плане техники не будет. Я работаю, не знаю, как сказать это по-русски, не в натуральной технике. То есть, это нетипичная классическая фигура, как в жизни, — у меня своя лепка, экспрессивная. Скорее он будет напоминать мою работу Николе Тесле.
— Сейчас очень многие источники утверждают, что памятник Чуркину появится в феврале, а именно 20-го числа. Правда ли это?
— Нет, это неточная информация, потому что я еще работаю над скульптурой. Мы еще лепим фигуру в натуральную величину в моей мастерской. Она не может быть отлита так быстро. Я сказал до этого, что сначала закончу лепку, а потом нужно будет еще полтора месяца, чтобы ее отлили из бронзы. Вообще я долго работаю над скульптурой. Сначала, вы знаете, идет этап формирования идеи, потом эскиз. Затем лепишь небольшую скульптуру, думаешь, как ее сделать лучше, а затем только финальные этапы.
— Знаете ли вы, где конкретно будет установлен памятник?
— Конечно, я знаю, что это Киржачский район, родина отца Вити, деревня Маринкино. Естественно, как вы можете догадаться, я там не был, но видел фотографии.
Уверена, что вы приедете на открытие монумента.
— Можете не сомневаться, я обязательно приеду!
Интервью Евгении Палагиной.
