Новости Эксперт

Александр Кирюхин прокомментировал состояние пострадавших в ДТП на станции «Покров»

Александр Кирюхин прокомментировал состояние пациентов, которых доставили во Владимир после страшной аварии на станции «Покров». Напомним, 6 октября, рано утром, на железнодорожном переезде столкнулись пассажирские поезд и автобус. В результате погибли 17 человек. Последствия аварии обсудили в администрации Владимирской области, где о работе медиков во время и после ДТП подробно рассказал директор регионального департамента здравоохранения:

«Работа началась практически в считанные минуты. Естественно, бригад было достаточно — шесть бригад, и мы еще пригласили дополнительно бригады из соседних наших районов. Вторая площадка, которая была развернута нами, это госпитальный сектор. Значит, мы развернули дополнительные площади в операционной со специалистами, это в Петушинской больнице, которая является больницей травмцентра второго уровня, больница скорой помощи как травмцентр первого уровня и в областную больницу — детскую и взрослую. То есть площадки были подготовлены для приема пострадавших, потому что объем пострадавших и какой объем будет оказываемой помощи, мной решалось в ходе движения, в ходе дороги, и многие коллеги со мной связывались именно по сотовому телефону в машине. 

Кроме того, мы усилили госпитальный сектор в Петушинской больнице двумя бригадами, после поступления сигнала туда выехала бригада реанимационная, усиленная нейрохирургами и анестезиологами, выехала бригада реанимационная станции скорой помощи города Владимира, и три машины было задействовано санитарной авиации, для того чтобы они готовились, то есть это, как сказать, заправили, завели, вызвали водителей и три машины стояли на базе областной больницы. Когда, так сказать, первая госпитализация произошла через 25 минут после вызова, это были самые, по правилам сортировки, были госпитализированы самые тяжелые первые пациенты, это дети. В общем, дети, — это самые наиболее пострадавшие из всех, что мы имеем. Потом к нам доставили еще трех пациентов бригадами скорой помощи, из которых двое были оставлены в состоянии шока, один пациент отделался, так сказать, небольшими ушибами и так далее, и он отпущен был на амбулаторное лечение. Ну, как, отпущен туда, потому что он не нуждался в госпитализации. И, помимо госпитализации больных в Петушинскую ЦРБ, все службы работали четко, потому что присутствовали дежурные врачи, усиленные были вызваны врачи, работала служба рентгена, лаборатории, так сказать, работали дополнительные, усиление в реанимации произошло, когда, так сказать, потребовались дополнительные бригады, всё там было налажено, все пациенты были на аппаратах искусственной вентиляции, все были мобилизованы, были начаты противошоковые мероприятия, то есть всё по правилам военно-полевой хирургии в полном объеме оказали. Естественно, что уже через какое-то время у нас появляется транспортная медицина, с которой мы тоже начинаем работать, они дали дополнительное усиление. Ну и с людьми мы начали работать взрослыми отдельно, а с детьми начали работу. Связались мы с Рошалем Леонидом Михайловичем, потом подключение Минздрава и так далее, и так далее. И мы, в общем-то, приняли решение, были разные мнения, куда транспортировать детей, нами были принято решение, значит, транспортировка только в областную больницу, только на условиях реанимобиля. Дети были транспортированы, подготовлены. 

У нас ведь не только коллеги помогали и так далее, но, с другой стороны, когда приезжает система Минздрава, они еще и контролируют ход, правильно ли всё сделали. Они признали, что наши действия были абсолютно правильными, адекватными, любые другие действия могли бы привести к непоправимым последствиям. Дети, состояние детей — я говорил, мальчик, которому два года, и девочка, которой пять лет, это брат и сестра. И третья их сестра погибла, восемь лет, погибла сразу на месте происшествия. То есть фактически мать с тремя детьми. Мы работаем с отцом, отец, который их отправил, семью, он в автобусе не был, наверное, ну, вот мы с отцом работаем сейчас. Девочка тяжелая, как и мальчик, у мальчика было… Ну, я вам не могу все детали рассказать, ну, можно сказать, тяжелейшая черепно-мозговая травма с тяжелейшим давлением в мозг, открытая черепно-мозговая травма, перелом костей черепа, основания черепа и так далее. Вот, можете себе представить, какая картина. Тем более там еще есть повреждения внутренних органов, контузия легких и так далее. Было правильно принято к моменту приезда наших специалистов из клиники Рошаля, мы его, ребенка, прооперировали, потому что деваться было некуда, провели всякие соответствующие мероприятия, переливание крови и так далее. Доктора смотрели. Весь консилиум вокруг двух детей он шел, мы всё перебирали, все компьютерные томограммы, все анализы… Ну, часов пять мы работали с коллегами из Москвы. Ну, вот, через какое-то время после операции, когда уже и врачи были из Москвы, посмотрели, мальчик у нас скончался, потому что, в общем-то, травмы, конечно, несовместимые с жизнью, и все действия, которые были предприняты, они, к сожалению, не увенчались успехом. Девочка чуть у нас легче, но тоже тяжелая, в основном у нее не только черепно-мозговая травма, там тяжелое повреждение легких, что нас сейчас и беспокоит, потому что сейчас период, когда начинаются осложнения, они идут, как природа вещей сама говорит, что, вот, тяжелейшая контузия легких с переломом там ребер и черепно-мозговая травма, она самая тяжелая. И мы уже в первые дни, когда она к нам поступила, мы ее в пятницу уж перевели, мы обсуждали проблему, что она должна в любой ситуации транспортирована быть в Москву, потому что нужна специализированная там клиника для нее. Вот сейчас каждый день мы работаем с министерством, каждый день селектор… Ну, я уже говорил, доктора приезжали из Узбекистана, всё посмотрели, всё и так далее, оценили наши действия абсолютно адекватно, согласились с нашим мнением, и когда они планировали транспортировку всех своих пострадавших, мы отказали им в транспортировке и считали, что мы не имеем права пациентов этих отдавать, потому что их транспортировка будет тяжелее, чем сегодняшний даже диагноз. У них, возможно, было свое мнение, но когда посмотрели, оценили, они сами дали согласие. А там опытные доктора, клиника серьезная в Узбекистане, в Ташкенте. Вот сейчас такая ситуация. 

По ребятам, по мужчинам, которые молодые, они у нас в БСП, все прооперированы. Если говорить об их диагнозе, это займет 10-15 минут — перечислять, что у них переломано, что сломано и так далее. Ну, нашим коллегам удалось всё собрать, всё зафиксировать, из шокового состояния всех вывели. Ну, как мы говорим — периферия заработала. А что такое — заработала периферия? Это значит, что из синего всё превращается в розовый, и кожа, и всё на периферии становится теплым. То есть этот когда симптом появляется, то это уже из шокового состояния выведены. Они в сознании, не на аппарате… Ну, всегда мы говорим: тьфу-тьфу-тьфу, — но пока ситуация достаточно стабильная. С коллегами мы договорились, что транспортировать мы их никуда не будем, оставляем здесь, и мы, так сказать, в ежедневном режиме докладываем в Министерство здравоохранения, в Узбекистан об их состоянии, ну, понимая, что у них тоже есть, и у нас большая мера ответственности — случись какие-то неприятности, всё это на нас там, так сказать, будет, ну и у них тоже большая, потому что поручение очень высокое, я думаю, что на уровне президента контроль… Это вот одна часть. Вторая часть медицины 3 это то, что мы работали вот с тем, кого надо было спасти, и вот фактически из тех, кого к нам привезли, мы потеряли вот одного ребенка. И вторая часть, большая работа системы здравоохранения, это судебная медицина. Это тоже наш раздел, это вопросы, которые мы решали: вскрытие, опознание, транспортировка… Это тоже огромный пласт работы, и достаточно быстро, конечно, работали судебные медики, все провели освидетельствования, ну, там целый механизм, потом машины, упаковали всех погибших и быстро, достаточно быстро вывезли. И мы уже в пятницу, вот не знаю, наверное, часов в половине пятого, произвели вскрытие всех доставленных и были готовы, так сказать, уже к дальнейшим процедурам».

Как сообщили в департаменте здравоохранения администрации Владимирской области, 10 октября девочку доставили на вертолете в московскую клинику. Вылет состоялся из владимирского аэропорта Семязино около 14:45. Транспортировка прошла успешно. На борту, оснащенном медицинским оборудованием, 5-летнюю девочку сопровождали два врача-реаниматолога Всероссийского центра медицины катастроф «Защита» Минздрава России и НИИ неотложной детской хирургии и травматологии. Сейчас ребенок находится в НИИ неотложной детской хирургии и травматологии департамента здравоохранения города Москвы (клиника Леонида Рошаля). Состояние девочки врачи оценивают как очень тяжелое. За ее жизнь продолжают бороться специалисты московского НИИ.


ПО ТЕМЕ

Пострадавших в ДТП в Покрове граждан Республики Узбекистан отправили на родину

Вечером 7 октября спецбортом Минобороны Республики Узбекистан были отправлены и тела погибших в автокатастрофе (подробнее...). 

Задержан организатор перевозки пассажиров, попавших в ДТП на станции «Покров»

Следственный комитет РФ задержал организатора перевозки пассажиров автобуса, который ночью 6 октября столкнулся с поездом на станции «Покров». Представители ведомства сообщили, что задержанный занимался незаконным транзитом иностранцев без документов миграционного учета. Он брал с каждого пассажира по пять тысяч рублей. В ту ночь в автобусе ехали граждане Узбекистана и Казахстана (подробнее...).


[ Возврат к списку ]


Новости партнеров

Новости губернии


ERROR TEXT
Если вы нашли ошибку в тексте,
выделите ее курсором мыши и
нажмите сочетание клавиш
Ctrl + Enter